Кому выгодны падение рубля и рост цен?

      Комментарии к записи Кому выгодны падение рубля и рост цен? отключены

Кому выгодны падение рубля и рост цен?

Андрей Семеркин Главред, Москва

В 2014 году доллар подорожал с 33 до 46 рублей. Стоимости выросли на 8%. Кому это выгодно?

Национальным монополиям. Экономическую обстановку E-xecutive.ru обсуждает с экс-помощником главы Центрального банка России Константином Корищенко.

ля дискуссии фундаментальных вопросов экономики E-xecutive.ru выбрал собеседника, владеющего редкой экспертизой: в начале «нулевых» годов Константин Корищенко в качестве помощника главы ЦБ России курировал валютную политику, после этого пара лет управлял Столичную межбанковскую валютную биржу. Сейчас доктор наук Константин Корищенко возглавляет кафедру фондовых финансового инжиниринга и рынков Факультета финансов и банковского дела Русском академии государственной службы и народного хозяйства при Президенте РФ.

Executive.ru: Какие конкретно риски содержит падение рубля по отношению к доллару США для человека, что живет в русском городе, получает зароботную плату в рублях и в рублях же ее тратит?

Константин Корищенко: Напрямую таковой человек не несет валютные риски, но косвенно он все равно им подвержен, по причине того, что большая часть товаров, каковые мы потребляем, одолжений, так или иначе зависит от курса рубля к вторым валютам. Самые очевидные примеры – машины, электроника, фармацевтика. Изменение курса рубля, которое позвано понижением стоимости одного бареля нефти, влечет за собой многие последствия, а также оно значительно влияет на уровень судьбы простого среднестатистического российского человека.

Executive.ru: Если бы на форуме E-xecutive.ru вы заметили высказывание человека, что уверен в том, что падение стоимости одного бареля нефти и снижение курса рубля в отношении американского доллара никак не скажется на его уровне судьбы, что бы вы ему ответили?

К.К.: В случае если ему вправду не угрожает понижение уровня судьбы, вероятнее, его доходы индексируются пропорционально росту инфляции.

Executive.ru: Возможно ли высказать предположение, что житель, представитель среднего класса, более уязвим в данной ситуации, чем человек, что живет в деревне и обходится картошкой со собственного огорода?

К.К.: Да, потому, что высокотехнологическая продукция, которую потребляют обеспеченные слои общества, во многом импортируется. Следовательно, чем более сложна продукция, тем больше возможность, что ее цена будет зависеть от курса рубля.

Executive.ru: Как будут изменяться модели потребления этих групп, назовем их «фермеры» и «хипстеры», в связи с трансформациями курса рубля?

К.К.: Тут мы вступаем в такую сложную область экономики как возможности и потребности. Это – взаимоувязанные процессы: ясно, что человек, что живет в деревне, вряд ли испытывает потребность в актуальной обуви, в скоростном автомобиле либо изощренной еде, потому, что ему, вероятнее, все это не требуется. Это не прекрасно и хорошо, факт: не требуется. Я бы заявил, что имеется определенная зависимость: лучше чего-то не иметь, чем позже это утратить.

Представители муниципального среднего класса и люди, живущие в деревне, будут по-различному поменять структуру потребления, в зависимости от того, как как раз будут вести себя цены на сервисы и товары, каковые им необходимы.

Executive.ru: Понижение количеств потребления скажется на динамике ВВП России (ВВП)?

К.К.: На эту динамику оказывают действие пара факторов. Первый, и с моей точки зрения основной, – зависимость темпа экономического подьема от темпов роста финансового предложения. В некоторых государствах чтобы ВВП вырос на 1%, финансовое предложение возрастет на 5%, в других – на 10%, в третьих достаточно и 2%: все зависит от того, как функционирует экономика, как она испытывает недостаток в финансовых ресурсах.

Что мы видим в Российской Федерации? Сейчас, в 2014 году, отмечается фактически отсутствие роста темпа денег, измеряемое по индикаторам М2 либо М0 (денежная база и денежная масса. – E-xecutive.ru). Финансовая масса не растет, по причине того, что происходит оттекание капитала, что, по оценке главы МинФина РФ Антона Силуанова, в 2014 году может составить $130 млрд.

Центробанк принимает меры, дабы компенсировать это падение за счет расширения внутреннего кредита, но, по всей видимости, этих мер не хватает. Финансовая масса не растет еще и вследствие того что финансовая система обязана превращать деньги Центробанка в кредиты, выдаваемые населению, фирмам, экономике, но в сегодняшних условиях финансовая система также находится в непростом положении (она испытывает неприятности с капитализацией, к ней используются санкции, она кроме этого страдает от трансформаций валютного курса) и в этих условиях не имеет возможности деятельно кредитовать экономику. Все эти факторы, в конечном итоге, очень плохо сказываются на потреблении и ВВП.

Executive.ru: Иными словами, банки в осеннюю пору 2014 года относили деньги, полученные от Центрального банка, на биржу, преобразовали их в доллары США и радовались росту американского доллара?

К.К.: Да, это порочный круг, что ведет к обстановке финансового голода в стране.

Executive.ru: Но эта практика была остановлена Нацбанком 10 ноября 2014 года, в то время, когда ЦБ решил более не тратить золотовалютные запасы на поддержку рубля?

К.К.: Эта мера была направлена на то, дабы прекратить кормить спекулянтов. Валютный коридор, что сохранялся до ноября, был удачен как раз им. Я не против валютного коридора как такового, я говорю о той его модели, которая была принята в Российской Федерации: границы диапазона всегда расширялись, и любой игрок знал: в случае если кто-то приобретёт большую сумму валюты, то курс изменится.

Ясно, что в этих условиях банки игрались в одну и ту же игру, как приобрести больше, дабы курс двинулся дальше.

Executive.ru: на данный момент эта игра сломана?

К.К.: По крайней мере, играться в нее стало затруднительно, она стала более рискованной.

Executive.ru: В чем заключаются эти риски?

К.К.: Баланс на валютном рынке формируется тремя главными группами участников: экспортеры, зарубежные инвесторы (а также инвесторы, каковые воображают российские офшорные деньги) и Центробанк. Интерес экспортеров пребывает в том, дабы курс рубля падал. Зарубежные инвесторы действуют по одной из двух стратегий: в случае если курс рубля растет – они приносят деньги (их завлекают высокие ставки, высокая доходность), в случае если падает – забирают.

Крайней формой таких операций есть именно спекуляция против рубля. Сейчас Центробанк прекратил быть одним из трех участников процесса: ЦБ ушел, но заявил, что будет иногда возвращаться. Экспортеры заинтересованы в ослаблении рубля, а спекулянты и инвесторы играются конъюнктурно.

Executive.ru: Обстановка упростилась?

К.К.: Да, обстановка упростилась, но остался открытым вопрос, каковы должны быть условия, дабы она стабилизировалась? Достаточно ли того, что спекулянты будут опасаться, что Центробанк накажет их внеплановыми интервенциями? В случае если этого хватит, значит, рынок стабилизируется.

В случае если нет – спекулятивная игра не будет прекращаться.

Executive.ru: В то время, когда мы определим ответ на данный вопрос: стабилизировалась обстановка либо нет?

К.К.: Такое положение дел может сберигаться достаточно продолжительно, по причине того, что, повторю, должен быть отыскан баланс. В случае если имеется те, кто заинтересован в ослаблении рубля, должны быть отысканы и те, кто будут заинтересованы в его упрочнении. Зарубежные инвесторы желают упрочнения, но им нужна страховка в курсовом смысле, другими словами курсовой хедж.

Инвестор должен быть уверен, что, реализовав валюту и приобретя рубли, он обеспечивал себе возможность через месяц-два-три-пять-год вывести эти рубли по приемлемому курсу. В случае если инвестор не имеет возможности взять такую страховку – он не будет приносить в Россию доллары США, евро либо другую валюту.

Executive.ru: Перейдем к второму серьёзному денежному показателю: из-за чего инфляция превышает 8% и в чем ее немонетарная природа?

К.К.: Главными плательщиками в бюджет РФ являются российские национальные монополии либо компании с определенной долей госучастия. Монополии делятся на две многочисленные группы.

В первую входят компании, каковые зависят от экспорта. Их интерес, как я уже сообщил, пребывает в том, дабы курс рубля падал: это разрешает им приобретать большее количество рублей за меньшее количество долларов и легче обслуживать налоги и приобретать громадную прибыль. Это хорошо и не прекрасно – это естественный интерес экспортеров.

Вторую группу образуют компании, трудящиеся на внутренний рынок: предприятия транспорта, энергетики, ЖКХ… Дабы они имели возможность приобретать хватает доходов, при планировании деятельности они разглядывают в качестве базисной величины инфляцию прошлого года. Их доходы зависят от тарифов, каковые назначаются. Соответственно, чтобы быть рентабельными, они стремятся поднять тарифы.

Так, одна группа самых больших участников экономики заинтересована в ослаблении рубля, а вторая – в росте тарифов и инфляции.

Executive.ru: Какое влияние оказывают на инфляцию местные олигополии?

К.К.: Значительно меньшее: инфляция является явлением в масштабе экономики, а не региона. Инфляция в одном отдельном регионе существует лишь временно, по причине того, что она будет нивелирована или ввозом товара, или возникновением компаний, оказывающих услуги, или административным действием. Смогут быть локальные монополии, вызванные или географическими условиями (труднодоступные районы), или местными административными привилегиями.

Но в любом случае влияние таких компаний на рост инфляции в масштабах национальной экономики значительно меньше, чем влияние национальных монополий.

Executive.ru: Кто умеряет аппетиты национальных монополий?

К.К.: С индексированными стоимостями борются разные службы и государственные комитеты. С падением курса рубля до отмены валютного коридора боролся Центробанк. Он же противостоит инфляции через управление главной ставкой.

Executive.ru: Однако, инфляция по результатам 2014 года может составить более 8%, заявил 22 октября глава Министерства экономики Алексей Улюкаев. Ранее он же назвал обстановку текущую обстановку в экономике с инфляцией, превышающей 8%, и ростом ВВП ниже 1%. «взрывоопасной». В чем состоит опасность?

К.К.: Посмотрите отчеты Центробанка о состоянии экономики. В течение последних нескольких лет в русском экономике падает большая часть показателей: скорость увеличения ВВП, располагаемые зарплаты, прибыль компаний (за исключением экспортного сектора), инвестиции в главный капитал, оборот розничной торговли. Понижение ВВП есть агрегированным выражением последовательности неприятностей, каковые имеется в экономике.

А высокая инфляция при понижении на данный момент показывает, что из данной ситуации сложно выходить монетарными способами. В случае если у вас инфляция высокая, вы должны ставку повышать, а вдруг у вас ВВП падает, то вы должны ставку уменьшать. Возможно, эти «ножницы» и имел в виду Улюкаев, в то время, когда сказал об опасности: необходимо принимать меры, противоречащие друг другу.

Executive.ru: Имеется ли в данной ситуации верное ответ?

К.К.: В условиях, в то время, когда экономика требует понижения ставки, а борьба с валютными спекулянтами – ее увеличения, ставка не есть подходящим инструментом для решения проблемы. Но она не есть единственным инструментом, имеется другие, к примеру, бюджетное стимулирование, но данный способ не используется. Валютная политика имела возможность бы стабилизировать обстановку, но на данный момент она уже достаточно на большом растоянии продвинулась в сторону свободного плавания, исходя из этого применять данный инструмент также не представляется вероятным.

Executive.ru: $130 млрд, каковые по оценке Антона Силуанова смогут убежать из России в 2014 году – это большое количество либо мало? Какой капитал учитывается в данной категории?

К.К.: Какой капитал учитывать – это достаточно непростой вопрос: тут необходимо вникать в методику платежного баланса. Будем вычислять, для простоты, что это вся та валюта, которая или пришла в страну от экспортеров, или забрана из резерва Центробанка и выведена за пределы РФ. Большое количество это либо мало? Приблизительно 10% финансовой массы. Это приблизительно то, как финансовая масса имела возможность бы вырасти за текущий год. В 2013 году она выросла на приблизительно 18%.

Это сильное финансовое сжатие.

Executive.ru: Какое значение это сильное финансовое сжатие имеет для настоящей экономики?

К.К.: Эту величину возможно трактовать в терминах потерянной пользы: эти деньги имели возможность бы быть использованы на развитие бизнеса, на прямые инвестиции, имели возможность бы быть использованы на финансирование оборота экономики, а они изъяты.

Executive.ru: Как изменятся, на ваш взор, позиции России в интернациональных рейтингах в 2015 году?

К.К.: Хороший нюанс пребывает в том, что у нас большой количество золото-валючных резервов и низкий уровень внешнего и внутреннего госдолга. Одновременно с этим на рейтинг окажут влияние отрицательные явления, например, низкие скорость увеличения отечественной экономики и большой уровень внешнего корпоративного долга.

Текущие процессы в итоге повлияют и на уровень золото-валючных резервов: в случае если экспортеры не заинтересованы в том, дабы ввозить валюту, непременно резервы исчерпаются. Исходя из этого обстановку мало оценивать в терминах «мало резервов/ большое количество резервов», «громадный долг/ мелкий долг». Нужно разглядывать обстановку в категориях экономического процесса: как сегодняшняя ситуация содействует тому, дабы долги рефинансировались, капиталы приходили?

В условиях падения и санкций ВВП возможность того, что инвестиции будут увеличиваться, весьма мала.

Executive.ru: Как будут изменяться налоги физических и юрлиц в 2015 году?

К.К.: В условиях девальвации увеличение налоговой нагрузки может провоцировать социальное напряжение: для компаний повышение налогового пресса в ситуации, в то время, когда нет экономического подьема, весьма нежелательно. Для физических лиц – избирателей – также.

Executive.ru: Как продолжительно может длиться нынешняя экономическая политика? Каким запасом прочности она располагает?

К.К.: Русский экономика зависит от следующих событий. Во-первых, от внешнеполитического фактора. Имеется возможность того, что к весне 2015 года обстановка может успокоиться, санкции будут или отменены, или ослаблены.

Во-вторых, падение цен на сырье непременно остановится, по причине того, что наткнется на уровень рентабельности сырьевого бизнеса. Третий фактор – самый серьёзный: состояние глобальной экономики. До тех пор пока тут все не через чур оптимистично: последние пара лет рост мировой экономики замедляется, и это оказывает негативное влияние на экономику России.

В случае если мы заметим, что появляются новые точки роста – где бы они ни пребывали: в Китае, США, Латинской Америке – это будет хорошей новостью и для экономики России: мы возьмём собственную часть позитива на «празднике судьбы».

Разговаривал Андрей Семеркин, E-xecutive.ru

Фото: finparty.ru

Свежий прогноз на АВГУСТ 2017 на доллар, рубль, нефть


Увлекательные записи:

Похожие статьи, которые вам, наверника будут интересны: