«Мы с детства считаем яблоки, а не центы — вот и нет цукербергов»

      Комментарии к записи «Мы с детства считаем яблоки, а не центы — вот и нет цукербергов» отключены

«Мы с детства считаем яблоки, а не центы - вот и нет цукербергов»

Александр Шенаев Редактор, Москва

О основных причинах неудач и принципах успеха предпринимателей в Российской Федерации ? эксклюзивное интервью Executive.ru с супругой главы Минкомсвязи РФ и основателем Startobaza Светланой Никифоровой.

С 2011 года компания бизнес-ангел Startobaza деятельно ищет и развивает стартапы в Российской Федерации. управляющий и Основатель партнер компании Светлана Никифорова, массовых министра коммуникаций и супруга связи РФ Николая Никифорова, говорит, что принципы работы Startobaza с молодыми компаниями принципиально отличаются от того, что было в Российской Федерации раньше. на данный момент в портфеле компании, базирующейся в Казани, восемь IT-проектов, благополучно вышедших на рынок.

Юрист по образованию, Светлана Никифорова стала первым директором казанского технопарка в сфере высоких разработок «IT-парк», а в 2013 году портал CNews назвал ее одной из самых броских дам в IT-индустрии.

Что есть залогом успеха молодого предпринимателя? В чем отличие между русским и зарубежным предпринимателем? Как инвестор находит и оказывает помощь выращивать истории успеха?

Что стоит сделать, дабы таких историй в Российской Федерации стало больше? Участница Сообщества E-xecutive.ru Светлана Никифорова делится своим опытом и дает советы тем, кто готов начать работу в сложном мире IT-предпринимательства.

Executive.ru: Как вы появились в венчурном бизнесе?

Светлана Никифорова: За время работы директором «IT-парка» в Казани мне было нужно скоро и деятельно погрузиться в IT-бизнес со стороны предпринимателей, громадных и мелких IT-компаний.

Я видела истории, в то время, когда юные парни придумывали разработку, вкладывали в нее полгода тысяч и $100 работы, а на выходе зарабатывали в десятки раза больше начальных инвестиций. Счет таких историй шел на десятки. Я осознавала, что в случае если приобрести долю в успешной компании, оказать помощь ей наладить бизнес-модель, бизнес-процессы, каналы продвижения, сфокусироваться на целевой аудитории, то итог не вынудит себя ожидать.

И для таких компаний в Российской Федерации создана плодородная земля, которую на данный момент, очень, принципиально важно удобрять.

Работа инвестора ? это не романтика, это, скорее, математика. Я довольно часто повторяю, что Гугл нужно не отыскать, Гугл нужно не пропустить, исходя из этого принципиально важно разбираться много вопросов, направлений, нюансов. По большому счету, венчур? это тяжелый бизнес, в то время, когда ты бегаешь, говоришь, видишься и время от времени находишь перспективные компании.

Executive.ru: Из-за чего именуете Startobaza не фондом, а «компанией бизнес-ангелом»?

С.Н.: До недавнего в Российской Федерации существовали или громадные фонды, каковые вкладывали деньги в проекты, но мало принимали участие в построении бизнеса, или бизнес-акселераторы ? площадки для коучинга проектов, каковые практически не предоставляли компетенций и денег.

Startobaza стала первой компанией, которая поддерживает стартапы от ранних до поздних стадий step-by-step, пребывав в постоянной коммуникации с проектом, разбирая его неприятности и всесторонне помогая: мы вместе с проектами создаем бизнес-модели, помогаем завлекать инвесторов следующих раундов в проект, помогаем масштабировать бизнес, строить партнерскую сеть и другое. Редкий фонд либо акселератор в течении долгого времени готов так тесно трудиться с проектами.

На ранних стадиях это смогут делать бизнес-ангелы ? люди из отрасли со связями, временем и компетенциями для работы с проектом. Бизнес строится из весьма многих вещей, и в случае если создание продукта ? это 10% успеха проекта, то Startobaza оказывает помощь с остальными 90%, по причине того, что современным русским предпринимателям такая помощь очень важна.

Executive.ru: В чем пользы компании бизнес-ангела, в случае если сравнивать, к примеру, с фондом?

С.Н.: В отличие от фонда, Startobaza не ограничена «сроком судьбы», в то время, когда инвестиционный период у меня пять лет, а дальше я обязана безотлагательно реализовать компанию. Я не обязана отчитываться за IRR (внутренняя норма доходности). Я держу данный показатель в голове, но у меня нет задачи скоро выйти из юный компании.

Моя задача ? получить или с барышов, или на продаже при хорошем предложении.

Самое серьёзное ? это свобода маневрирования, скорость и гибкость. У меня нет младших партнёров и старших, мне не нужно слать годовые отчеты акционерам. Меня мотивирует, что все зависит от меня, а не от документов. Мои внутренние и моральные обязательства иногда посильнее, чем в регламентах фондов. В случае если человек мотивирован участием собственными деньгами, то он мотивирован полностью.

Более совершенной структуры я для себя пока не видела.

Executive.ru: Кто с вами в команде? Как вы строите и распределяете работу с проектами?

С.Н.: У меня имеется бухгалтер, маркетолог, PR-менеджер, product-прочие специалисты и менеджеры. На старте проекта Startobaza берет на себя вспомогательные опытные активности в нем, так проект максимально концентрируется на его продвижении и создании продукта. Самое основное ? соблюсти баланс и не сделать компанию импотентом, забрав у нее все функции.

Тут подход личен. К примеру, Startpack мы помогаем с денежным моделированием, а у «Автодория» собственный эксперт, поскольку в том месте через чур много тонкостей, в каковые лучше вникать, трудясь конкретно в команде проекта.

Кроме того в то время, когда я на четыре месяца по домашним событиям частично отошла от управления, Startobaza не развалилась, никто не сбежал, по отчетам все показатели росли. Для меня это подтверждение того, что я создала совершенную машину, верную модель, в которой все работают , кроме того в то время, когда директор выходит за дверь.

Executive.ru: Как выбираете проекты для инвестиций?

С.Н.: У меня маленькая структура, исходя из этого мне занимательна синергия с новыми соинвесторами с экспертизой на глобальных и региональных рынках. Исходя из этого я деятельно общаюсь и знакомлюсь с игроками венчурного рынка в Соединенных Штатах, Европе и во всем мире. Для меня принципиально важно взять выходы для моих компаний на интернациональный рынок.

С фондами у нас большое количество неспециализированных точек.

Мы бываем и на мероприятиях. Мы ищем сами, а не ограничиваемся лишь тем, что нам отправили. Волка ноги кормят.

В венчурной индустрии нет конкретного правила, как совершенно верно получить деньги на стартапах. Выбор проектов возможно сравнить с выбором супруга либо жены. У вас возможно перечень качеств, которыми обязан владеть партнер на всегда. В случае если по трем из двадцати пунктов вы не совпадаете, то закрываете на недочёты глаза. Если не совпадаете по пяти пунктам ? еще куда ни шло.

Если не сходится десять из двадцати, то вы рассказываете: «Нет, не мое».

Маленькая компания может написать бизнес-замысел на коленке, но я вижу, что человек хочет и совершенно верно видит, как он сделает компанию успешной. Второй принесет совершенные документы, написанные лучшим консультантом, но огня в его глазах нет. У нас нет стандартного комплекта документов для отбора.

Это как раз тот секрет, тот ток и та химия, что случается, в то время, когда инвестор поймёт на уровне спинного мозга, что это верная компания и он ее желает.

Само собой разумеется, бывают совсем бредовые идеи, каковые нереально воплотить в судьбу. Исходя из этого идеи проверяются на рациональность. Но никаких особых инструментов, методик для отбора и поиска компаний, уверяю, не существует.

Мысль стартапа, бизнес-модель, целевая аудитория, продукт ? все это должно быть несложным и понятным. Покупаться должно в один клик, сервис обязан оказаться, оказывающим совершенную услугу понятным методом. «Простой не означает легкий» ? это хорошее определение для верной компании. Страница поиска Яндекс выглядит несложной, но мало кто знает, сколько труда стоит за поиском одного слова.

Стартап обязан решать настоящую проблему понятным методом.

Иногда самые успешные и дорогие компании достаточно неинтересны на входе. Если бы к вам пришли люди из Twitter и сообщили: «Мы бесплатный сервис онлайн-постов незнакомых людей длиной в 140 знаков не имеет значение о чем», 99% инвесторов прошли бы мимо.

Executive.ru: Вы юрист по образованию, так?

С.Н.: Да. Я именую юридическое образование базисным навыком выживания в Российской Федерации. Это так же нужно, как знать английский язык.

Я говорю не про знание статей и законов, а про некое устройство совокупности в голове. Необходимо понимать, что, где и как возможно отыскать, как подстраховаться.

Executive.ru: Появляются ли сложности при ведении венчурного бизнеса в Российской Федерации с позиций юрисдикции?

С.Н.: Появляются, по причине того, что в Российской Федерации довольно много привязок к городам, паспортам, налоговым, прочим формальностям и нотариусам. А IT-бизнес по большей части начинается в онлайн-пространстве. Среди венчурного сообщества многие высказываются за отмену регистрации юрлица, по причине того, что это некая клевета на тему того, где, при чего, возможно отыскать директора.

Да ни при каких обстоятельствах в жизни вы по этому адресу его не отыщете, если он захочет, дабы его не нашли. Слать официальную корреспонденцию возможно в электронный коробку, и уже пора принять правила документооборота в электронном виде.

Я все-таки верю, что Российская Федерация продвинется в ближайшие два-три года в вопросе простоты ведения бизнеса. Не смотря на то, что сейчас с тем же краудфандингом все безрадостно. В случае если 520 человек решили инвестировать в OOO, то что делать? Выдавать по 0,2% компании, вносить трансформации в уставной капитал и идти к нотариусу и в налоговую?

Это нереально. А писать на бумажке «Я занял Васе на его компанию» ? это необычная история. Мы упускаем большую часть развития инновационной России, а ведь компании имели возможность бы приобретать так деньги от бизнес-ангелов.

Исходя из этого, само собой разумеется, несложнее всего создать фонд не в русском юрисдикции, но от этого в Российской Федерации ничего к лучшему не изменится.

Сейчас начинающий предприниматель, шестнадцатилетний айтишник, живет с бабушкой в Томске и не осознаёт, как развивать бизнес. Ему несложнее пойти на работу сисадмином в ближайшем бизнес-центре.

Executive.ru: А вы вычисляете, что в Российской Федерации большое количество идей, каковые имели возможность бы стать хорошими бизнесами?

С.Н.: Идей большое количество. Но трудящихся блестящих идей с результатом, их и правда мало. Совершенная наработка ? это меньше 10% всего бизнеса, остальные 90% это и имеется сам бизнес: коммерциализация, вывод на рынок, рост продаж и без того потом. Сейчас около большое количество шума, он мешает подмечать обычные компании. В большинстве случаев, компания, которая уже получает, она деятельно венчурные деньги не завлекает. Инвестор ищет как раз такие.

В случае если имеется возможность деньги не завлекать, их и не нужно завлекать. Исходя из этого самые успешные компании ? это те, кто не размыл собственную долю до 1%, не ходит на стартап-тусовки, не снимаются на питчах «поведай мне за 20 секунд, как ты получишь для меня $20 млн». Они просто не шумят.

Executive.ru: Другими словами, предпринимательский дух в Российской Федерации все же имеется?

С.Н.: Предпринимательский дух, может, и имеется, но российское окружение не содействует тому, дабы грезить со второго курса института стать вторым Марком Цукербергом. Стол, налоговые преференции и стул в бизнес-инкубаторе ? это принципиально важно, но я о втором. Необходимо, дабы человек желал обучаться и желал сделать миллионную компанию, а не компанию по зарабатыванию 20 тыс. руб. в месяц.

Но сложно потребовать от человека строить по большому счету какую-либо компанию, в то время, когда нереально планировать жизнь на 10-20 лет вперед. В условиях экономической нестабильности любой здравый человек выбирает «работу на дядю».

Второй фактор ? в случае если папы и наши мамы не были предпринимателями, то у нас перед глазами не было очевидного успешного примера предпринимательства. В Российской Федерации не так много людей с успешными историями, которыми возможно поделиться с молодыми.

Я росла в мелком Альметьевске. В том месте очень не было авторитетных предпринимателей. В институте мне никто не поведал, что через десятилетие рынок будет переполнен юристами и я буду стоить 0 рублей 0 копеек.

Проучился и не знаешь, как отыскать себя в жизни. Не было окружения, которое даст совет и направит. Исходя из этого я продолжительно не желала затевать что-то собственный.

Это уже в 25 лет показалась внутренняя жажда трудиться на себя, и я занялась своим бизнесом.

Другими словами, в Российской Федерации и примеров мало, и с молоком матери предпринимательских дух не впитывается. Это громадный пробел в совокупности обучения.

В американских школах дети вычисляют центы, кредиты. А у нас тема денег считается чем-то стыдным. У нас вычисляют яблоки, и мамы моют рамы. Ни в одном школьном книжке начального класса вы не отыщете задачу про деньги.

Как мы можем пользоваться банковскими инструментами, платежными онлайн-прочими инструментами и системами, в случае если нам никто об этом в школе не говорил? Половину образовательных направлений возможно делать в электронном виде, дабы всем обучающимся дать равные возможности.

Это все мелкие кубики одной башни, которая не построилась, по причине того, что нет фундамента ? юридической базы, образования и тому аналогичного. Исходя из этого так сложно выстроить миллиардную компанию тут, в Российской Федерации.

В Российской Федерации, на мой взор, не обучились ценить труд. Люди довольно часто не знают, что, в случае если я заплатила тебе $10, то ты обязан эти $10 отработать. У нас в кафе не приносят сдачу, по причине того, что официанты уверены в том, что они ее получили.

А мы ни при каких обстоятельствах не спрашиваем о собственных деньгах.

Executive.ru: Другими словами, юные с детства должны приучаться ценить деньги?

С.Н.: С 25 до 45 лет ? это отечественный социально деятельный период. В случае если мы выпиваем нехорошую воду, дремлем на нехороших простынях, носим нехорошую обувь, которая портит осанку, стрижемся у мастеров, каковые хамят, мы теряем уровень качества судьбы. В 50 лет у вас, быть может, покажется возможность забраться на пирамиду в Мексике высотой в 800 ступеней, но у вас уже нет сил, да и не хочется.

Исходя из этого я за то, дабы переместить пик цветения человека с 40 лет на 24-26 лет. Сергей Брин начал получать в эти годы солидные деньги.

Люди предпочитают иметь понятные 100 тыс. руб. в кармане, чем какие-то фантомные акции непонятной компании. какое количество стоит эта компания? В то время, когда станет успешной?

Мало кто ценит данный актив и осознаёт, как с ним возможно трудиться.

Просматривала как-то аналитику McKinsey: выработка на человека в Российской Федерации втрое ниже, чем на человека в Америке на той же работе приблизительно в том же сегменте. А выработка на одного человека в Сингапуре в шесть раз выше, чем в Российской Федерации. Это говорит не о том, что в Сингапуре прекрасно и солнце светит, а о том, что мы трудимся в шесть раз меньше и хуже.

Вот и все.

Я не призываю умирать на работе, но 16 часов работы ? это в принципе нормально. Я говорю не о работе за компьютером, а о том, как много мы думаем над успехом компании. Это про то, как горят глаза, как мы перфекционисты в достижении собственной цели.

Знаю большое количество стартапов, каковые, взяв деньги от денежного инвестора, нанимают на работу директора по продажам за $20 тыс. Но у этого дорого человека нет задачи сделать компанию суперуспешной. Он на следующий день увольняется и идет на работу за $22 тыс. в том же статусе в такую же хорошую компанию.

Его KPI ? взять в конце месяца заработную плат.

Совершенный сценарий, в то время, когда человек приходит в стартап и говорит: «Я буду трудиться не за заработную плат, а за 20% вашей доли». Тогда он совершенно верно заинтересован сделать совершенный продукт за максимально маленькое время, стянуть лучшие ресурсы, знакомства, опыт, консультации, экспертизу и без того потом.

На Востоке говорят: «Выпиваешь чай ? выпивай чай». В случае если обожаешь человека ? обожай его вслух, не стесняйся сказать об этом. В случае если ваша цель получать деньги и строить успешную компанию ? направляйте все усилия и свои действия на достижение результата. Уделяйте все внимание, силы и мысли тому, чем занимаетесь.

Если бы у нас все вели бизнес по этому принципу, то в Российской Федерации было бы больше двух IT-компаний, вышедших на IPO.

В книге Олега Тинькова «Я таковой как все» меня больше всего зацепила фраза о том, что предпринимательство ? это умение брать на себя риск и руководить им. Это очень важная вещь, которой отечественных ребят также не учат.

К примеру, знаю один стартап, хорошая компания, деньги уже получает, но в ней поменялось уже три состава основателей. Сперва были приятели основателя, позже он получил денег и нанял лучших экспертов. Он сообщил: «Ребят, я с вами дружу, но мне следует сделать бизнес, вы ничего не делаете и не привносите. Заберите деньги за собственную идею, благодарю».

И это верное ответ. А второй бы человек посчитал, что друзей увольнять стыдно. И компании хорошей не получилось бы.

Нужно четко озвучивать, что мы желаем, тогда мы будем приобретать, что нам необходимо. А до тех пор пока что мы в Российской Федерации все из себя такие таинственные.

Executive.ru: По-вашему, в Российской Федерации достаточно людей, каковые имели возможность бы стать менторами для стартапов?

С.Н.: Не желаю никого обидеть, но довольно часто менторами именуют себя те, у кого нет ни денег, ни опыта построения собственной компании. Как пример, в то время, когда инвестбанкир идет в венчурный бизнес. Консультант наблюдает на бизнес с позиций совершенных цифр, каковые сходятся к образному 2017 году. Но у него нет понимания, живой ли бизнес. По причине того, что он сам ни при каких обстоятельствах не платил за офис, за мебель, за интернет.

Он не осознаёт, какими навыками должны владеть главные люди в компании, по причине того, что он их не нанимал. Исходя из этого самые успешные венчурные инвесторы получаются из предпринимателей бывших либо настоящих, по причине того, что они могут видеть возможности, каковые нас окружают.

Executive.ru: Имеется наблюдение, что на Западе стартаперы ? это топы за тридцать лет, а в Российской Федерации ? молодежь. Подмечаете такую тенденцию?

С.Н.: Да, такая тенденция имеется. Это, снова же, связано с невозможностью планировать в Российской Федерации на десятилетия вперед. Российские топы лучше вторых знают, что случается у нас, исходя из этого меньше всего готовы рисковать. Как ни необычно, эти люди становятся Limited Partners, каковые организуют фонды.

Так, мне думается, они удовлетворяют собственную юношескую потребность принимать участие в бизнесе стартапов, каковые на данный момент у всех на слуху, не становясь наряду с этим фаундером.

Executive.ru: Какие конкретно советы дадите тем, кто планируем привлекать деньги инвесторов в проект?

С.Н.: Самая основная цифра для инвестора ? это самоокупаемость, это в то время, когда вы станете сами покрывать собственные затраты. Вторая цифра ? норма доходности. какое количество инвестор приобретает с вашего бизнеса, вернув все первые инвестиции? В случае если легко, то цена минус себестоимость минус затраты инвестора. Деньги остались на счету?

Супер! Бизнес-замысел хороший.

У инвестора нет готового ответа на то, каким должен быть ваш бизнес-замысел. Если вы забыли какой-то пункт, а инвестор не знает о его необходимости, то ваш совместный бизнес выясняется неуспешным. Вы, фаундер, не предусмотрели риски, не просчитали, вы одурачили инвестора.

Вероятнее, второй инвестор денег вам уже не позволит, по причине того, что вы не хорошо вычисляете.

Необходимо обучиться сказать на языке продаж. Редкий технарь способен складно и логично растолковать, из-за чего эта необычная светло синий кнопка внезапно пригодится миллионам пользователей и будет стоить миллионы долларов. Не требуется быть финансистом, дабы это растолковать.

Решите самую актуальную проблему самым красивым методом. В случае если вам за это кто-то готов заплатить ваши первые $100, идите к инвестору.

Увлекательные записи:

Похожие статьи, которые вам, наверника будут интересны: