«Нетократия или нетократы – это новый господствующий класс нашего времени»

      Комментарии к записи «Нетократия или нетократы – это новый господствующий класс нашего времени» отключены

«Нетократия или нетократы – это новый господствующий класс нашего времени»

Алексей Гостев Редактор, Москва

Экс-солист диско-группы Army of Lovers, а сейчас предприниматель Александр Бард говорит о новом методе вести бизнес в «книге» и сетевом мире «Нетократия».

Александр Бард – бывший солист поп-группы Army of Lovers. На данный момент – продюсер и композитор, один из обладателей компании Stockholm Records. Сейчас стал известен как создатель книг по менеджменту и социальной теории (сам определяет жанр собственных произведений как философию), и как бизнес-тренер.

На русском опубликована его книга «Нетократия».

Executive.ru: В собственной книге «Нетократия» вы рассказываете о наступлении новой эры, которая придет на смену классическому капитализму. Что такое «нетократия», и кто такие «нетократы»?

Александр Бард: Нетократия либо нетократы – это новый господствующий класс отечественного времени. Ветхие классовые различия между промышленным пролетариатом и буржуазией, о которых Карл Маркс писал в середине XIX века, в далеком прошлом устарели. Чтобы выяснить сегодняшний мир, и в особенности те процессы, каковые мы именуем глобализацией, нам потребуются совсем новые философские категории.

Нетократия – это термин, что мы используем, дабы объединить все характеристики нового господствующего класса. Нетократия – везде, она имеется в Москве, в Нью-Йорке, в Токио.

В то время, когда мы говорим о нетократии как о высшем классе, конечно, появляется вопрос и о низшем, угнетенном классе. О новом господствующем классе писало много современных мыслителей, и кое-какие кроме того применяли термин «нетократия». Но никто до нас не сказал о новом низшем классе. Согласно нашей точке зрения, в современном обществе низший класс – это вовсе не промышленные рабочие.

Низший класс современного мира – это люди, каковые способны лишь потреблять. Их единственная работа – принимать участие в совокупности потребления, не создавая никаких новых сокровищ. По-английски таких людей именуют «диванными картофелинами» (couch potatoes).

Они похожи на растения, эти пассивные участники и вечные телезрители цепочек потребления. В большинстве случаев, в то время, когда философы ищут угнетенный класс современного мира, они наблюдают на окраины городов, пробуя найти его среди зарубежных рабочих (гостарбайтеров). В конечном итоге, эти люди достаточно скоро вливаются в совокупность, и уже их дети приобретают хорошее образование и становятся в полной мере состоятельными участниками общества.

Я думаю, скорее обычные представители низшего класса – это мужчины среднего возраста (30-35 лет), живущие, например, в русской либо шведской глубинке, в большинстве случаев безработные, выпивающие, не хватает привлекательные чтобы вступить в брак, и, исходя из этого, живущие с родителями. Они фактически ничего не делают, помимо этого, что потребляют алкоголь и продукцию средств массовой информации.

Мы именуем таких людей консумптариями (от англ. consumption – потребление, и по аналогии с пролетарий – прим. ред.). Косумптариат – это как бы потребительский пролетариат.

Возвращаясь к вашему вопросу, нетократа легко обрисовать как полную противоположность консумптария. Нетократы в большинстве случаев живут в мегаполисах. Они сами создают собственную социальную идентичность.

Нетократы в большинстве случаев тружусь в сфере, которая связана с масс-медиа. Они формируют необычные виртуальные племена, применяя интернет как создания и средство общения социальных связей. Они ощущают, что их социальная идентичность находится в значительной мере под их контролем. Нетократы на данный момент, очевидно, составляют меньшинство, по причине того, что верховный класс неизменно в меньшинстве, и консумптарии преобладают.

Но, число нетократов растет, в особенности среди молодежи.

Помимо этого, не нужно забывать, что мы живем на протяжении переходного периода. Исходя из этого ветхая классовая структура, складывающаяся из буржуазии и пролетариата, так же, как и прежде существует. На данный момент имеется множество различных классовых срезов: пролетариат и консумптариат, буржуазия и пролетариат, нетократия и буржуазия и т.д.

Executive.ru: В чем основное различие между нетократией и буржуазией?

А. Б.: Главное различие – жизненные сокровища этих двух групп. Буржуа пытается, в первую очередь, получить как возможно больше денег либо добиться большой социальной значимости (к примеру, стать удачливым предпринимателем либо политиком). В этом его жизненная цель.

В пределе – это рвение стать самым богатым человеком на Земле. Для нетократа основная цель в жизни – это достижение главной позиции в социальных связях. Нетократ – в намного меньшей степени индивидуалист, чем буржуа. Для нетократа больше подошло бы наименование «дивидуалист».

Он скорее желает быть частью успешной группы людей (и исходя из этого пытается к успеху для собственного «виртуального племени», собственной network), чем получать успеха в одиночку.

Executive.ru: Как вы видите социальную структуру эры нетократии?

А. Б.: Я пологаю, что все трансформации в истории происходят в связи с трансформациями в технологии. Генетически мы все еще стадные животные, приспособленные к судьбе в саванне. Наряду с этим очень важные трансформации в нашей жизни происходят под влиянием разработки. Новые интерактивные разработки (компьютеры, мобильные телефоны) принципиально меняют темперамент общения между людьми.

Кроме того в классических средствах массовой информации, таких как радио либо телевидение, аудитория все больше привыкает деятельно принимать участие в ходе создания медиа-продукта. К примеру, в современном телешоу мы уже не просто пассивные зрители. Кроме того будучи зрителями, мы становимся его участниками.

Изменяется и метод, которым в современной коммуникации возможно добиться успеха. Сейчас вам не хватает , не разрешая никому прерывать себя. Прошло время монологической коммуникации.

на данный момент, дабы добиться успеха, нужно мочь вступать в диалог, деятельно создавая около себя социальные связи.

Executive.ru: Что будут воображать собой бизнес-организации будущего?

А. Б.: Это будут значительно более свободные объединения людей, чем классические бизнес-организации. В них громадную роль будет играться аутсорсинг. Это будут, скорее, проекты, а не компании. Люди будут объединяться в них на время. Рвение создать компанию, которая будет существовать сто лет, и которую вы сможете передать своим детям – это в наши дни устаревший подход.

Кроме того дети Билла Гейтса не унаследуют Микрософт (отметим, что, в соответствии с завещанию Гейтса, его детям дастся всего приблизительно по $10 млн – прим. ред.).

Я считаю, что срок судьбы современных компаний-проектов будет составлять в среднем три года. По-моему, эта цифра – три года, связана с определенным скрытым биологическим механизмом. Люди не должны планировать совместно больше чем на три года. По причине того, что, в итоге, люди устают от какой-то однотипной совместной работы, и у них появляется желание двигаться дальше. По большому счету, мобильность – это одна из основных черт нетократа.

Сейчас он живет в Москве, на следующий день – где-нибудь в Штатах, либо в Европе. Затем он может возвратиться в Москву, и принести с собой всю ту сеть (network) взаимоотношений, которую выстроил в второй стране. И как раз благодаря данной сети взаимоотношений он может добиться успеха в Москве. Совершенно верно так же поступают люди из других государств, потому, что на данный момент нет единого центра.

Быть может, к примеру, что обитатель Европы захочет поселиться в Москве, либо в Азии.

Нетократ постоянно находится в движении. Кроме того оставаясь в пределах собственного города, он перемещается. Он довольно часто переезжает, меняет работу каждые два либо три года. Быть в движении – это уже не негативная, а хорошая черта человека.

Современному человеку нужно перемещаться, увеличивать собственную сеть социальных связей, становясь, возможно сообщить, более широкой личностью.

Время требует совсем новой бизнес-организации, в которой человек весьма скоро имел возможность бы продемонстрировать себя. В нынешней экономике никто не согласен ожидать, в совокупности как бы провалилось сквозь землю терпение. В случае если вам не удалось «продемонстрировать себя» в собственном бизнесе в течении 6 месяцев, вам нужно будет уйти из этого бизнеса. Инвесторы больше не согласны ожидать годами, пока предприятие добьется успеха.

Они рассчитывают на стремительный успех.

Помимо этого, вам может казаться, что вы создали красивую организацию, но в один красивые сутки ваш сотрудник заявляет вам: я ухожу. Исходя из этого, на данный момент нельзя создавать организации, каковые через чур во многом зависят от одного либо двух человек: в этом случае они становятся через чур хрупкими. Нужно создать организацию, в которой любой участник может уйти, и, однако, это не станет гибельным для предприятия.

Executive.ru: Какие конкретно трансформации случатся в политической и правовой организации общества? Мой вопрос касается и внутренней жизни отдельных государств, и интернациональных взаимоотношений.

А. Б.: Кое-какие показатели будущих трансформаций видны уже на данный момент. Многие из классических политических либо коммерческих структур просто не смогут оперировать в мире глобальной борьбе. на данный момент совсем нереально, к примеру, дабы национальное учреждение, либо политически избранный бюрократ руководил успешным коммерческим предприятием.

Классические политические структуры для этого через чур медлительны, да и люди получают успеха в этих организациях не благодаря своим социальным навыкам, а благодаря своим политическим навыкам, собственной способности маневрировать. Исходя из этого в наши дни каждая страна, где государство руководит громадным числом коммерческих либо денежных университетов, выясняется в проигрыше. И это не касается России. В Российской Федерации коммунистическая совокупность была уничтожена в весьма маленькие сроки.

Страна, которая испытывает громаднейшие неприятности от неэффективной гос собственности – это Франция. У Франции самые низкие темпы роста поизводства в Европе, и как раз в этом государстве больше всего национальных коммерческих монополий, каковые висят тяжелым бременем на всей экономике. Это – совсем устаревшая модель в наши дни.

Национальные организации в будущем все больше сосредоточатся на том, где политическая власть самый действенна. Это, первым делом, создание инфраструктуры. Во-первых, ко мне относятся минимальные гарантированные публичные фонды. Фактически, они должны сводиться к таким вещам, как бесплатная медпомощь для беднейших слоев населения.

Люди готовы платить налоги за это, по причине того, что никто не хочет, дабы в их стране беднейшие слои не имели другого выхода, не считая уличной преступности. Это, кстати, экономическая неприятность Бразилии. Бразилия не имеет возможности привлечь зарубежные инвестиции, потому, что чужестранцы опасаются приезжать в том направлении из-за разгула преступности на улицах.

И тут Маркс был прав – дабы избавиться от преступности, нужно создать совокупность минимальных соцгарантий, которая защитит беднейшие слои населения.

Помимо этого, поддерживаемая страной инфраструктура обязана включать: базисное образование для всех. Это – через чур долгосрочная инвестиция, дабы какая-либо коммерческая структура имела возможность взяться за ответ данной задачи. После этого – дороги, транспортные магистрали, и, что особенно принципиально важно, электронная инфраструктура. Я уверен, что страны, каковые на данный момент предпринимают упрочнения, дабы дать широкополосный выход в интернет 80-90% населения, станут самыми богатыми через 15 лет.

на данный момент это Корея, Израиль, Скандинавские государства.

Имеется и еще один элемент. Я говорю о знании английского. Последний раз, в то время, когда в мире существовала глобальная политическая структура – это время Римской Империи. Тогда огромным преимуществом была знание латыни. И по сей день, для успеха в глобальном мире, требуется знание британского. Человек не может быть нетократом, не говоря вольно по-английски. Мы именуем данный новый интернациональный язык «сетевой латынью».

Из этого преимущество для англосаксонских государств (Англии, США, Канады, Австралии), и для государств Скандинавии, в которых британский стал вторым официальным языком.

Executive.ru: Вы упомянули Римскую Империю. Вычисляете ли вы, что Сейчас также формируется некое глобальное политическое единство?

А. Б.: Это – сюжет отечественной второй книги, «Новая глобальная империя». Она уже стала бестселлером в Скандинавии, а на данный момент готовится британское издание. В случае если в «Нетократии» мы говорили о социальной и экономической структуре общества, то в новой книге обращение отправится о политической и правовой совокупности. Я считаю, что мир движется к какой-то форме мирового правительства.

Это не будет правительство США, но это не будет и аналог современных Объединенных Наций. ООН через чур не сильный и не владеет демократическим полномочием, еще и вследствие того что в ней представлены многие недемократические, диктаторские режимы. Исходя из этого ООН не имеет возможности действенно решать мировые проблемы.

Мировое Правительство, в отличие от ООН, будет по-настоящему формироваться на базе представителей различных государств. Я считаю, что в дополнение к ЕС появятся другие региональные блоки, одним из которых может стать более тесное сотрудничество между другими странами и Россией Восточной Европы. Эти блоки будут неспешно гармонизировать собственный законодательство и инфраструктуру, дабы успешнее соперничать и, одновременно с этим, сотрудничать между собой.

Данный процесс может занять 10 либо 100 лет, но мы движемся в этом направлении.

Executive.ru: Какова будет роль религии в нетократическом обществе? Как мне известно, вы – зороастриец. Из-за чего вы избрали как раз эту религию?

А. Б.: В первую очередь, я не считаю, что зороастризм – это религия. Иудеи и христиане привыкли вычислять все религиями, в особенности те духовные традиции, каковые древнее, чем их личная. И буддизм, к примеру, — это также не религия.

Это, скорее, философия. Как и зороастризм. Я считаю Заратустру одним из первых философов, причем значительно более проницательным, чем Платон.

Как раз исходя из этого я стал зороастрийцем, присоединившись к данной «нерелигиозной религии». Если вы атеист, и желаете, однако, отыскать себе религию, вам необходимо выбрать зороастризм.

Что же касается вопроса о роли религии, я считаю, что в эру нетократии религия станет одним из способов конструирования социальной идентичности. Сейчас вы имеете возможность быть зороастрийцем, на следующий день иудеем-кабаллистом, послезавтра – христианином, либо присоединитесь к какому-то новому, только что изобретенному течению. Религия больше не будет определять идентичность человека в контексте национального страны (как католицизм в сегодняшней Польше, где к нему принадлежат 90% населения.

Наряду с этим религия станет одной из вольно выбранных черт идентичности человека. Выбор религии будет напоминать выбор одежды, люди не будут относиться к ней без шуток, она будет всего лишь фасадом.

Наровне с этим, останутся маленькие группы, каковые сохранят второе отношение к религии. В связи этим, кстати, весьма интересно проанализировать конфликт между мусульманами и американцами-фундаметалистами в Ираке. Тут столкнулись христиане-фундаменталисты из америки и мусульмане-фундаменталисты из Ирака.

Наряду с этим забавная подробность обстановки – это то, что обе религии показались совсем сравнительно не так давно. Обе группы уверены в том, что их религиям тысячи лет, но это не верно. Исламизм показался в 70-е годы.

И американское фундаметалистское христианство (new born Christianity) показалось также в двадцатом веке. Ни Магомет, ни Христос не были фундаменталистами. Религиозный фундаметализм – всецело продукт Нового Времени. Оба перемещения, — типично консумптарианские, полностью противоположные нетократии.

Кроме того в случае если представитель одного из этих перемещений сейчас занимает Белый Дом, у них все равно нет той власти, которую дает принадлежность к нетократии.

Executive.ru: Из-за чего вы именуете человека будущего шизоидом?

А. Б.: Для нас это легко успешная формула. В то время, когда в семнадцатом веке Декарт провозгласил собственный известный принцип cogito ergo sum («я мыслю, следовательно, существую»), он в один момент дал старт Новому Времени и изобрел индивида, как мы его понимаем на данный момент. Начиная с Декарта, сформировался как бы новый (для того времени) тип человека.

Данный новый человек (картезианский субъект) имеет пара серьёзных черт, основная из которых — он постоянно остаётся одним и тем же, неизменным индивидом в любой жизненной ситуации. Так вот, эта мысль Декарта, и появившийся из нее тип человека, в наши дни совсем устарели. Сам принцип картезианского субъекта был полностью опровергнут многими философами 20 века, а после этого из философских факультетов новое отношение к людской индивидуальности распространилось среди более широких групп населения.

Для нетократов обычен принципиально второй подход к индивиду, чем тот, что был сформулирован Декартом. В отличие от картезианского (декартовского) субъекта нетократ всегда стремится быть различным. Он делается вторым в любой момент судьбы, и в этом его преимущество. Он есть одной личностью на работе, второй – дома, третьей – в амурных отношениях. Свойство иметь в один момент множество личностей сближает нетократа с шизоидом.

В собственной третьей книге, над которой на данный момент идет работа, мы используем понятие шизоанализ, что значительно больше подходит для понимания психики современного человека, чем классический психоанализ. Само понятие шизоанализ (как и понятие дивид вместо индивид) в собственности Жилю Делезу, и он для меня — один из трех самых родных философов, наровне со Спинозой и Ницше.

Executive.ru: Имеете возможность ли вы назвать себя философом в классическом смысле?

А. Б.: Мне не весьма интересно именовать себя философом в классическом смысле. Я бы предпочел назвать себя философом в современном смысле. Я считаю, что принадлежу как новому поколению философов.

Таких, к примеру, как Славой Жижек, мой дорогой друг. Философы моего типа трудятся вне отвлечённых университетов. Если вы трудитесь в академии, ваша философия делается совсем «кастрированной». Я не умнее вторых философов, но мое преимущество – в моей независимости.

Я тружусь в окружении людей, и моя вторая работа, работа бизнесмена и продюсера, — полностью эмоциональна, ее нельзя назвать интеллектуальной работой. Но она дает мне чувство свободы, среди них и денежной, и я использую эту свободу для написания книг.

Executive.ru: Как будет происходить переход к господству нетократии? Будет ли он плавным либо революционным?

А. Б.: Тут возможно заметить кое-какие весьма увлекательные тенденции, в особенности, в случае если наблюдать на вещи с позиций социальной антропологии. Приведу таковой пример. В случае если я путешествую в второй город, я неизменно сам выбираю себе отель. И, в то время, когда я наблюдаю в сети сайты различных отелей, я вижу, что они четко разделяются на две группы (особенно отели высшей ценовой категории): отели для нетократии и отели для буржуазии.

В случае если отель пробует обслуживать обе категории людей, он постоянно терпит неудачу. Исходя из этого, если вы открываете новый отель, к примеру, в Москве, то вы должны твердо решить, будет ли это буржуазный отель либо отель для нетократии. От этого будет зависеть его концепция: персонал, что вы нанимаете, одежда, декорации, одним словом, все.

Все должно быть вычислено или на буржуазный, или на нетократический вкус.

Это – обычный пример того, как буржуазия и нетократия сторонятся друг друга, и это сильно напоминает аристократии и отношения буржуазии в XVII-XVIII вв., в то время, когда буржуазии лишь выходила на историческую арену. Аристократы вычисляли буржуа пошлыми, помпезными (см., к примеру, Мольер, «Мещанин во дворянстве» — прим. ред.), но, одновременно с этим, опасались их, поскольку буржуа богатели, жили в городах, женились на девушках из аристократических семей. Тот же комплекс чувств существует в этом отношении буржуазии к нетократии.

Переход от господства буржуазии к господству нетократии будет постепенным и отправится с различной скоростью в различных государствах. Я думаю, данный переход будет весьма стремительным в тех государствах, где буржуазия не сильный. Как в Российской Федерации, либо, как не необычно, в Скандинавии.

А в таких государствах, как Франция либо Германия, переход к нетократии будет значительно более медленным. В этих государствах буржуазия весьма сильна, и будет продолжительно удерживать центральные позиции в обществе, отстаивая собственные ценности. Я довольно часто говорю своим приятелям в Америке либо Западной Европе: «Российская Федерация более современна, чем вы, по причине того, что она начинается стремительнее».

В то время, когда в обществе происходит смена парадигм, как раз те становятся высшим классом, кто раньше был внизу социальной иерархии, либо принадлежал к менее развитым государствам. В случае если вам 15 лет и вы живете в Москве, и свободно говорите по-английски, у вас больше шансов к 30 годам войти в мировую элиту, чем у вашего сверстника из Франции либо Германии. Вам не нужно будет проходить во всем ступеням буржуазной карьерной лестницы, перед тем как вы добьетесь успеха.

Создатель высказывает признательность Агентству Мобильного Маркетинга и Виктору Ларионову за помощь в организации интервью.

Фото: inspiring-speaker.com

Увлекательные записи:

Похожие статьи, которые вам, наверника будут интересны: