Николай гаврилов: «россия обладает уникальной системой поддержки экспортного кредитования»

      Комментарии к записи Николай гаврилов: «россия обладает уникальной системой поддержки экспортного кредитования» отключены

Глава Росэксимбанка.

Николай гаврилов: «россия обладает уникальной системой поддержки экспортного кредитования»Досье Bankir.Ru. Николай Гаврилов. Появился 17 октября 1959 года в Москве. В первой половине 80-ых годов XX века окончил социально-экономический факультет Африки стран и Института Азии Столичного национального университета. В 1983–1988 годах – сотрудник Советского комитета Африки стран и солидарности Азии. С 1988 года трудился в МИДе СССР: в 1988–1995 годах – на дипломатическом поприще в консульстве СССР и России в Италии.

В 1995–2000 годах – сотрудник Минфина России, начотдела, после этого помощник начальника департамента зарубежных кредитов и внешнего долга. В 2000–2002 годах – член правления ВЭБа (ВЭБ), глава кредитного департамента, директор дирекции кредитно-денежных операций ВЭБа.

В 2002–2004 годах – начальник департамента управления и международного сотрудничества национальным внешним долгом Минфина России, член коллегии Министерства финансов, настоящий национальный советник РФ 3-го класса. С 2004 года – глава Росэксимбанка.

– Хотелось бы начать отечественный разговор с момента, что для вашего банка есть системным. Обращение – о помощи экспорта за счет госгарантий. Как она выдерживает опробование кризисом и, по большому счету, в принципе действенна?

– Нужно подчернуть, что РФ вошла в кризис, уже имея трудящуюся и достаточно неповторимую совокупность минимизации рисков финсектора в области финансирования экспорта.

Фактически, эта совокупность так и именуется: совокупность денежной (гарантийной) помощи русского экспорта. гос гарантии в рамках таковой совокупности предоставляются не только самим экспортерам, но и банкам, кредитующим импортёров и экспортёров России. Обеспечения распространяются как на сделки по предэкспортному финансированию, так и на экспортные кредиты.

Как трудится совокупность? Конечно, в рамках простой коммерческой практики экспортер может и сам дать собственному клиенту рассрочку платежа по договору. В этом случае он также может взять госгарантию, снабжающую возвратность средств.

Но, в большинстве случаев (и это связано с нашим налоговым законодательством и, например, с вопросами возмещения НДС), экспортер предпочитает, дабы рассрочка платежа была предоставлена импортеру не им самим, а банками. Ясно, что в этом случае сам русский экспортер приобретает за поставленный товар все деньги сходу. Банкам же наличие госгарантий разрешает снять риски для того чтобы кредитования.

В кризисное время совокупность вызывает громадной интерес в плане рассмотрения стоимости качества и минимизации фондирования активов. Кредиты под госгарантии несложнее секьюритизировать, они легко закладываются и т. п.

Так что, повторюсь, это неповторимая совокупность. Однако в силу многих обстоятельств она была недооценена банковским сообществом. Недооценена она и до сих пор.

Однако, динамика работы коммерческих банков по получению госгарантий при кредитовании экспорта уже разрешает сказать о том, что данный механизм начал пользоваться популярностью.

– А недооценена в связи с чем? Она менее «вкусная», чем розничное кредитование? Либо через чур забюрократизирована и мало кому из банков дешева?

– Нет, не в этом дело. Рискну заявить, что эта совокупность предполагает высокий уровень банковских экспертов. Да, это не несложный инструмент, он требует важной работы, причем не одного какого-либо блока банка (клиентского либо блока корпоративного кредитования), а сотрудничества разных подразделений. В случае если желаете, совокупность требует определенных административно-логистических упрочнений от банка. Но преимущества, на мой взор, значительно перевешивают трудоемкость.

Особенно в кризисное время, в то время, когда существует настоящая возможность поделить риски с страной, тем более, что эти госгарантии для банка – бесплатные.

– А доступность инструмента?

– Допуск к этому инструменту полностью вольный для любого банка, без ограничений. Требуется лишь, дабы банк занимался кредитованием экспортера, а у самого экспортера был экспортный договор. Да, определенные упрочнения нужны, дабы ознакомиться с правилами национальной денежной гарантийной помощи экспорта.

Но возможно обратиться в Росэксимбанк, и мы с наслаждением объясним в подробностях, как совокупность трудится.

– Какой как раз экспорт поддерживается так?

– Имеется распоряжение правительства, в котором перечислены коды товарной номенклатуры внешнеэкономической деятельности, подпадающей под воздействие совокупности национальной помощи экспорта. В широком смысле это автомобили, оборудование, услуги, ноу-хау, ПО и пр. – большой спектр. Конечно, совокупность призвана стимулировать экспорт готовой продукции, а не сырья, исходя из этого на кредитование топливно-сырьевых сделок она не распространяется.

– А количества?

– В первую очередь напомню, что мы говорим о гос гарантиях, а не о прямом финансировании из бюджета. Другими словами это условные обязательства страны. Исходя из этого, в то время, когда я именую цифры, я говорю не о бюджетных расходах, а об условных обязательствах бюджета. На этот год эта сумма равна $2 млрд., причем обеспечения смогут предоставляться в любой валюте.

На будущий год, в случае если мне не изменяет память, на эти цели запланировано уже $3 млрд.

– В связи с чем такое повышение? Желание стимулировать экспорт?

– Это желание стимулировать экспорт, это некоторый прогноз, что формировался еще в конце 2007 года, в то время, когда шла работа над бюджетом 2008 года и на возможность. Большие экспортные договора делаются не за один месяц а также время от времени не за один год, исходя из этого тут приходится планировать будущее с учетом заказов как на авиатехнику, так и на важное энергетическое оборудование. Оценки разработчиков тогда дали такие цифры.

– Что реально, по вашим ощущениям, идет на экспорт? Ясно, что оружие, вертолеты, компрессоры. А что еще? Мне что-то тяжело представить, что масштабно из России экспортируются, к примеру, нанотехнологии либо ПО.

Я к тому, что не преобразовывается ли вся эта совокупность в этакие правительственные «хотелки»? Дескать, дорогие банкиры, кредитуйте экспортеров отечественной продукции, в случае если отыщете, кому она нужна

– Хороший вопрос! (Смеется.) Ответ на него складывается из двух частей. Первое: кроме перечисленного вами из России экспортируют достаточно большое количество и энергетических установок, и оборудования, связанного со постройкой, ремонтом и модернизацией АЭС. Экспортируется большое количество авиатехники, причем кроме того не учитывая военной.

Вы не поверите, но Российская Федерация экспортирует суда, выстроенные по последним достижениям науки и техники! Частенько по западным проектам эти суда заказываются на русских верфях и в рамках интернациональной кооперации частично комплектуются специальным оборудованием и машинами, изготовленным на родине клиента.

– Этакий толлинг напротив?

– Возможно и без того сообщить. Еще экспортируются разные элементы из линейки транспортного машиностроения, начиная от техники для постройки железных дорог и заканчивая фактически вагонами.

– Без шуток? А я был уверен, что мы сами закупаем всякие в том месте грейдеры-катерпиллеры…

– А в этом и содержится прелесть интернациональной кооперации: что-то экспортируем, а что-то закупаем. Вторая же часть ответа на ваш вопрос содержится, на мой взор, в следующем. В случае если мы посмотрим, что экспортировали, к примеру, Республика Корея во второй половине пятидесятых годов либо Япония в начале ХХ века, то мы не заметим ровным счетом ничего. Ну не считая продукции классических отраслей монокультурной экономики. А на данный момент? И кто заявил, что России заказан таковой путь?!

В этом контексте для нас тем более актуальна политика правительства, направленная на поддержку экспорта. Без нее совершенно верно нечего будет экспортировать

– Прекрасно, но японский экспорт появился в следствии пресловутого японского экономического чуда. Оно свершилось приблизительно лет этак за десять, максимум за пятнадцать. А сейчас давайте разглядим отечественную историю. В то время, когда мне было 17–20 лет, мне все уши прожужжали про идеи модернизации отечественной экономики.

С того времени прошло еще 20 лет, а меня снова убеждают, что у России, дескать, еще все в первых рядах. Имеется высокая возможность, что к моменту хоть какой-то реализации этих самых великих возможностей я уже покину эту земную юдоль

– Вы полностью правы. Главная задача сейчас именно и содержится в том, дабы наконец перейти от помощи отечественного его экспорта и производителя на словах к настоящим шагам, направленным на эту самую помощь. Ясно, что в случае если мы будем говорить о комплексной совокупности таковой помощи, то в этих рамках предстоит сделать еще многое.

Но мы до тех пор пока создали совокупность помощи банков, кредитующих экспорт, а это уже ход в нужном направлении.

– На ваш взор, это совокупность близка к идеалу?

– Возможно, она еще далека от совершенства. Но эта совокупность с 2005 года, в то время, когда в законе о бюджете страны в первый раз были предусмотрены гарантии в зарубежной валюте, прошла определенный путь до сегодняшнего момента. Само собой разумеется, было непросто. Согласитесь, что у страны, которое берет на себя помощь собственных экспортеров и не взимает за это никакой платы, постоянно имеется опасность принять на себя чрезмерные и неоправданные риски.

Исходя из этого с 2005 года совокупность предоставления госгарантий всегда совершенствовалась, расширялись спектры предоставляемых операций и гарантий, по которым они смогут предоставляться. Упрощалась вся совокупность предоставления госгарантий.

Как пример возможно привести следующий факт: в случае если раньше суверенная гарантия РФ предоставлялась лишь , если импортер снабжал встречные суверенные обеспечения собственной страны, то на данный момент эти требования претерпели радикальные трансформации, и сейчас гарантию по экспортной сделке возможно взять без предоставления суверенной гарантии со стороны импортера. Да, импортер обязан дать обеспечение, но это обеспечение не выходит за рамки простой банковской практики.

– Вы сообщили об условности этих обязательств. Однако какая-то часть из них срабатывает? Имеется ли какая-то цифирь?

– К счастью, пока у нас нет случаев предъявления стране требований по обеспечениям. И это, возможно, нужно оценивать как весьма хороший показатель деятельности, не смотря на то, что таких обеспечений с 2005 года уже было предоставлено на сумму более $700 млн. Стране уже возвращены гарантии на сумму порядка $70 млн., остальные – в работе.

Но то, что кроме того в кризисное время не случилось предъявления обеспечений, мы вычисляем хорошим показателем.

– А какое отношение к таким обеспечениям на Западе, с учетом того что кредитный рейтинг России очень низок и в ближайшие лет сорок, возможно, останется таким же? Это ясно: в итоге, в Британии последний дефолт страны случился при Карле II, а у нас – всего десять лет назад Это как-то отражается на отношениях с западными агентами?

– Вы затронули весьма занимательную тему. В ней, на мой взор, целых пять вопросов. Что касается Британии, последний раз Англия де-факто допустила дефолт по окончании Второй мировой, в то время, когда была вынуждена прибегать к заимствованиям у МВФ и реструктуризации долга, исходя из этого у них кредитная история неблестящая.

У России также не было прямого отказа от обязательств – ни в 1990 либо 1991 годах, ни в последующие годы. Российская Федерация заплатила все до последней копейки по своим интернациональным обязательствам, в том числе и в рамках реструктуризации долга, будь то долг Парижскому либо Английскому клубам. Более того, кроме того в кризис 1998 года РФ по своим внешним обязательствам платила .

Что касается внутренних обязательств, то это мало вторая обстановка: долги были реструктуризированы. Российская Федерация допустила дефолт, но не отказалась от обязательств – она по ним платила. Однако параллельно с этим имела место девальвация рубля, но это уже совсем второе.

Так что, на мой взор, кредитный рейтинг РФ, в случае если его оценивать по эффективности и экономическим показателям денежного управления, должен быть значительно выше. Из-за чего он находится на нынешнем уровне – это вопрос к рейтинговым агентствам. Но, к ним и без того уже большое количество вопросов сейчас, не будем усугублять. (Смеется.)

Идем дальше. Не обращая внимания на рейтинги, российские обеспечения являются востребованными в той мере, в какой являются востребованными денежными университетами мира риски на РФ. на данный момент мы видим, что такие риски в полной мере допустимы. По окончании острой фазы кризиса началось обратное перемещение капитала, и он начинает возвращаться на развивающиеся рынки.

Возможно, Российская Федерация это ощущает чуть меньше, чем Бразилия, к примеру, либо тем более Китай, но однако данный процесс идет. В случае если мы сравним спреды по русским суверенным обязательствам, то они все-таки понижаются. Не так скоро, как хотелось бы, но понижаются.

Исходя из этого гарантии в целом пользуются спросом.

К тому же главными потребителями самих обеспечений являются российские банки, кредитующие экспортные сделки. В этот самый момент неприятность содержится не в обеспечениях, а в условиях, каковые отечественные банки готовы предоставлять по кредитам для импортеров отечественной продукции. Ясно, что чем они лучше, тем активнее идет экспорт.

Исходя из этого радикальное ответ, возможно, лежит в плоскости субсидирования страной ставки по экспортным кредитам. Это, фактически, удачно делали весьма многие европейские государства.

– Как выглядят эти ставки на данный момент?

– В каждом конкретном случае это определяется в зависимости от сроков, количеств, условий договора. Неспециализированный уровень назвать тяжело. Конечно, это Libor плюс некоторый процент, что сильно зависит от качества заемщика, качества обеспечения, сроков кредита и т. д.

Я, к сожалению, на данный момент не могу вам привести конкретные показатели. У нас имеется действующие экспортные кредиты, но по условиям кредитного соглашения размер ставки есть тайной информацией. Но то, что отечественные торговые партнеры, к примеру банки Белоруссии, готовы заимствовать на предлагаемых Росэксимбанком условиях, я считаю хорошим показателем конкурентоспособности этих ставок.

– Кстати, о Белоруссии. Сейчас снова очертя голову заговорили об СНГ, но уже в контексте ЕврАзЭС, Таможенного альянса Москва–Минск–Астана и т. п. С большим энтузиазмом заговорили, не смотря на то, что цифры торгового оборота между государствами бывшего Альянса до тех пор пока весьма мелкие. Вы как к этому относитесь?

Также очертя голову либо видите подводные камни?

– Как мне представляется, одним из подводных камней в рамках развития по большому счету всей совокупности торговли в СНГ смогут стать вопросы, которые связаны с выбором валюты расчетов.

– Из-за чего? Так как именно по этому поводу еще одна порция энтузиазма: дескать, рубль станет резервной валютой

– Рубль может ею стать, тем более что у него имеется все предпосылки для этого. Помимо этого, для некоторых государств он практически уже есть резервной валютой. Но чтобы расчеты в рублях по-настоящему начали превалировать, нужно, дабы РФ предоставляла экспортные кредиты в рублях.

Запросы на получение таких кредитов имеются много. К примеру, в 2008 году Росэксимбанк совершил пилотную сделку и предоставил экспортную кредитную линию в рублях на сумму 420 млн. рублей, которая была полностью использована на закупки русских дизельных тепловозов и двигателей. В чем же неприятность? Неприятность содержится в том, что до 2010 года гос гарантии РФ предоставлялись лишь по обязательствам в зарубежной валюте.

на данный момент это несоответствие в рамках закона о бюджете страны на 2010 год устранено, сейчас госгарантии предоставляются в зарубежной валюте и под рублевые кредиты.

– Как вы полагаете, отмена пошлин между Россией, Казахстаном и Белоруссией подстегнет кредитование экспорта?

– Думаю, да. Но вопрос не столько в пошлинах, сколько в отсутствии долговременного финансирования. Главная неприятность, которую испытывает экспортер, содержится в том, что у импортера нет долгих денег.

Банковские кредиты, гарантированные страной, именно и решают эту проблему.

В отечественной совокупности источник долгих денег был по существу создан, сейчас на повестке – понижение ставки, борьба с инфляцией, появление институциональных инвесторов и т. д. и т. п. Это уже экономические задачи России, не только банковские.

– Мы видим, что Национальный банк в отличие от прошлых лет прекратил панически опасаться понижения ставки рефинансирования и удачно пользуется этим инструментом. А вот последний пункт из перечисленных вами – появление институциональных инвесторов. Это именно то, чего ответами правительства не добьешься.

– Само собой разумеется.

– Где же их забрать-то?

– Нигде. Сами неспешно покажутся. А до тех пор пока возможно завлекать инвесторов-спринтеров. Но нужно осознавать, что они обожают давать взаймы более «дорогие» деньги. Разламывать их через колено безтолку.

Как раз исходя из этого я и сказал о субсидировании ставки страной. Тогда и импортеры возьмут дешёвые ресурсы, и кредиторы будут довольны.

– А возможно ли сообщить, как сейчас ставка превышает настоящий уровень, что был бы привлекательным для экспортёров и импортёров?

– Вопрос увлекательный, но ответа на него в строгих терминах экономической науки дать нереально. Опять-таки говорю: имеется разная оценка кредитных рисков, разная оценка обеспечения. В случае если позволить себе допущения, то сейчас разрыв не так велик, это приблизительно 1,5–2%.

Оговорюсь, что это относится кредитов, предоставленных на долгие сроки под госгарантии.

– Какие конкретно банки сейчас трудятся в этом направлении?

– ВТБ трудится деятельно. Готовы Газпромбанк и Россельхозбанк. Это неспециализированная системная неприятность российского финсектора: госбанки были более «продвинутыми».

– Возможно, коммерческие банки легко более зациклены на главных на рынке тенденциях? Сперва дружно занимались кэптивным кредитованием, позже кроме этого дружно ринулись в розницу, позже «депозитная эпидемия» всех охватила. А до совокупности госгарантий руки у них дойдут, в то время, когда вправду займутся диверсификацией собственного бизнеса Кстати, какие конкретно вы видите вероятные направления развития банков в ближайшее время?

— Мне думается, что сказать о некой панацее от всех банковских неприятностей, неправильно. Для того чтобы рецепта нет, в противном случае не было бы иногда повторяющихся денежных кризисов. На каждом этапе развития находятся какие-то особые высокодоходные инструменты, каковые, фактически, и являются привлекательными.

Что касается возможностей развития российского финсектора, мне думается, что банки, пережив кризис, по крайней мере, самым важным образом улучшили совокупность оценки рисков. И вот это представляется мне самые важным, по причине того, что увлечение схемами высокодоходного кредитования идет на убыль. Уроки, извлеченные из кризиса, разрешат принимать более трезвые и взвешенные ответы в области банковского бизнеса.

Да, само собой разумеется, в 2010 году банки будут снова обращать максимум внимания на расширение кредитного портфеля и кредитование бизнеса. Но, уверен, сам диапазон их работы по данной части станет намного шире. Вот это и будет диверсификация.

– А будут ли в экономике спросы на кредиты?

— У предприятий, думаю, все-таки будут. Классика экономической теории: кризис – наилучшее время чтобы затевать новый бизнес, он обязан подталкивать и к обновлению главных фондов, и к поиску новых ниш и новой клиентской базы. В какой мере русский экономика к этому готова – громадный вопрос.

Но в случае если разглядывать эту тему опять-таки через призму эффективности мер национальной помощи экономики, то одним из увлекательных направлений для банков, на мой взор, имело возможность бы стать участие в лично-национальном партнерстве, к примеру софинансирование инфраструктурных проектов.

– Вот все говорят о лично-национальном партнерстве. А где его, наконец, взглянуть-то возможно? В сентябре я летал в Сочи, так в том месте в аэропорту до сих пор табло нет.

Причем что характерно: табло нет, а о лично-национальном партнерстве говорят неизменно. Дескать, «через четыре года тут будет город-сад». А реально заметить хоть какой-то пример для того чтобы партнерства?

– Это вопрос к нашему главному акционеру – ВЭБу. У ВЭБа имеется целое направление, которое занимается лично-национальным партнерством. Мне думается, что оно начинается, и, думаю, они готовы дать обоснованный и развернутый ответ на ваш вопрос. А как частные лица мы находимся с вами в равной обстановке: я также большое количество просматриваю и слышу о лично-национальном партнерстве.

Надеюсь, что и замечу.

В целом я оптимистично отношусь к данной идее. Думаю, синергетический эффект для всей экономики она обязана дать. И, уверен, банки имели возможность бы к этому подключиться.

– А как же русский мудрость, что с нашим страной по большому счету ни в какие конкретно игры нельзя играть? Данный ментальный зарок уже в прошлом?

– Вы лукавите. Это мудрость звучит мало в противном случае: с страной нельзя играть в азартные игры. А тут не азартная игра, тут совсем второе, и у нас уже имеется примеры успешной реализации проектов совместно с страной.

К примеру, развитие автомобильного кластера в Калуге. Согласитесь, оптимистичный пример! Я уже не говорю про автомобильный кластер в Санкт-Петербурге.

– Как я знаю, для вашего банка совокупность госгарантий по экспортному кредитованию – это одно из главных направлений деятельности…

– Это отечественное главное направление деятельности. Мы позиционируем себя как российский экспортно-импортный банк, что, фактически, и обязан заниматься помощью русских экспортеров.

– А в советской совокупности экспортно-импортное кредитование всецело на ВЭБе лежало?

– В советской совокупности экспортно-импортное кредитование лежало всецело на стране, а вот в каком конкретном обличье выступало государство в каждом конкретном случае – второй вопрос. Обслуживающим банком по для того чтобы рода операциям выступали ВЭБ, Внешторгбанк а также конкретно Государственный банк, в случае если обращение шла о межправительственных кредитах.

– Но прошлая совокупность не сохранилась?

– Совокупность импорта и кредитования экспорта в том виде, в каком она существовала в Советском Альянсе, просто не могла функционировать . Это была обычно совсем оторванная от экономической целесообразности совокупность. Практически имело место субсидирование ответа политических задач.

– Кредиты партии? Помощь братских режимов?

– И это также. Другими словами решались задачи, каковые были связаны не столько с экономическим развитием страны, сколько с развитием совсем особенных взаимоотношений со государствами, воображавшими для нас интерес со многих точек зрения – экономической, геополитической, геостратегической, с позиций баланса сил в разных регионах мира. Так что создание Росэксимбанка как «дочки» ВЭБа – это не римейк советской совокупности, а попытка создать современный денежный университет, что бы функционировал на полностью рыночных правилах.

– Не забывайте, в девяностых появлялось большое количество банков со словами «импорт» и «экспорт» в заглавии, к примеру Импексбанк, «растворившийся» в Райффайзенбанке? Это была дань моде, подражание Западу либо эти банки вправду желали на этом специализироваться?

– На данный вопрос мне сложно ответить: не знаю, желали ли они специализироваться на экспортно-импортных операциях либо это была дань моде. Для Росэксимбанка это совсем вторая плоскость, он создавался распоряжением правительства как национальный экспортно-импортный банк. И мы не соперничаем в бизнесе с коммерческими банками, каковые поддерживают экспортно-импортные операции – мы их скорее дополняем.

Клиенты к нам приходят лишь тогда, в то время, когда их «домашний» банк не в состоянии поддержать их экспортно-импортные операции по многим причинам. К примеру, риски для него представляются чрезмерными, партнер неудобный, определенные репутационные риски.

– Репутационные?!

– Само собой разумеется. Не секрет, что имеется множество государств, на бизнес с которыми мы наблюдаем пара в противном случае, чем отечественные западные партнеры. Операции с этими государствами смогут на определенных этапах появляться для коммерческого банка неудобными.

– Для вашего банка, следовательно, задача прибыли – не основная?

– Да, она не превалирует, не смотря на то, что, будучи встроенными в русского финансовую систему и выполняя все нормативные требования ЦБ, мы, конечно, обращаем внимание на то, дабы операции банка были прибыльными.

– А у вас акционер на 100% ВЭБ?

– Да.

– А как же мысль лично-национального партнерства? Из-за чего на себе ее не попытаться?

– Увлекательная идея. Вы, кстати, правы, и имеется примеры, в то время, когда роль национальных экспортно-кредитных агентств играются частные структуры или структуры, каковые были национальными, а позже акционировались. Но мы об этом на данный момент не вспоминаем.

ВЭБ как материнская компания, по отечественным ощущениям, достаточно действенно руководит Росэксимбанком, его помощь в плане работы правления банка ощутима. Отечественный совет директоров возглавляет Николай Косов – первый заместитель председателя ВЭБа.

– Вы уже пять лет управляете Росэксимбанк. А как вы сами вычисляете, вы мыслите как государственный служащий либо как банкир?

– Я ничего зазорного в чиновничестве не вижу.

– Я также. Легко это все же различный тип мышления – исходить из госзадач либо из заинтересованностей бизнеса. В вас мышление национального государственного служащего не вступает в несоответствие с теми задачами, каковые волей-неволей стоят перед банкиром?

– Сложно сообщить. Банк своеобразный, как я уже сообщил, отечественная основная цель – не прибыль, а развитие того направления, которое есть для нас профильным.

– Так, осознал Перевожу на несложный язык: при переходе с госслужбы на место банкира ломки не было?

– Нет, ломки не было. (Смеется.) Напротив, одна польза. Маленький банк, маленький личный капитал: 1,9 млрд. рублей – деньги невеликие с позиций национальных масштабов. И это прекрасно – спуститься на землю по окончании Минфина, где ты оперируешь весьма большими суммами и привыкаешь мыслить в масштабах десятков миллиардов американских долларов, и осознать, что миллион рублей – это громадные, важные деньги. Это учит аккуратно относиться к всем клиентам, что приносит деньги.

Это свежий взор.

Само собой разумеется, ответ национальных задач – это дело очень занимательное, которое наполняет жизнь совсем вторым смыслом. Тут уж спорить не приходится. Это в полной мере понятная притягательность причастности к громадному и значимому делу. Но тут собственные плюсы: работа живая, занимательная и фактически сходу виден итог. Причем он выражается кроме того не в денежных показателях, которых достигает банк.

Время от времени не редкость весьма интересно сложную сделку, позже сообщить себе: «А у нас это оказалось, до нас этого никто не сделал!». Это совсем особенное чувство, так что работа банкира мне приносит удовлетворение.

– А не считая работы чем живете?

— Если вы об увлечениях, то одно из них – это, само собой разумеется, спорт. Он нужен чтобы себя в форме. Играюсь в большой теннисе. Сейчас

Государственно-частное партнерство


Увлекательные записи:

Похожие статьи, которые вам, наверника будут интересны:

Иван свитек: «рынку нужно больше здоровой конкуренции»

Что неспециализированного у розничного банка и «Макдоналдса»? Из-за чего выгодно дать заёмщику отказаться от кредита? Об этом поведал Кредит и…

  • Задача цб – не допустить, с одной стороны, безнаказанности, а с другой – «съеживания» рынка

    Анатолий Аксаков: «регулирование и Надзор нужно ужесточать, но наряду с этим гайки направляться закручивать так, дабы не сломать резьбу» Русским банкам…

  • Рустэм марданов: «стандарт должен быть нужнее закона»

    Глава нацбанка Республики Башкортостан. Досье Bankir.Ru. Рустэм Марданов. Появился 9 мая 1964 года в Уфе. Окончил Уфимский летный технический университет…

  • Гарегин тосунян: «для меня важно быть нужным»

    14 мая президенту Ассоциации русских банков Гарегину Тосуняну исполняется 55 лет. Редакция Bankir.Ru поздравляет Гарегина Ашотовича с этим знаменательным…